Диалог культур в романе Джеральда Визенора

NqRXH7RXG9w

Екатерина Купидонова[1]

Диалог культур в романе Джеральда Визенора «Хиросима Буги[2]: атомный 57-й»

 

Статья посвящена анализу художественного романа американского писателя индейского происхождения Джеральда Визенора. Исследуя роман «Хиросима Буги: Атомный 57-й» автор пытается выяснить, как через полилог культур и открытость к диалогу, главный герой являет собой пример современного индейца, который помнит о своих корнях и традициях, но при этом успешно взаимодействует с миром других культур, в первую очередь, японской.

 

Джеральд Визенор (1934 -), один из самых ярких и неоднозначных на сегодняшний день представителей Индейского литературного Ренессанса, писатель, журналист, поэт, прозаик. Кроме того, Визенор известен как теоретик литературы, в своих статьях он разрабатывает концепции постструктурализма и транскультурализма. В частности, Визенор является автором такой концепции, как «пост-индейскость». По его мнению, понятия «индеец» и «индейская идентичность» представляет собой не что иное, как языковую игру, их просто не существует в реальности, и можно говорить лишь об отдельной «племенной» идентичности.

Визенор в своем романе «Хиросима Буги: Атомный 57-й» представляет постмодернистское восприятие феномена этнических культур, которые он рассматривает через призму транскультурности.

Транскультурность – особая модель культурного и языкового мышления, построенного на культурном диалоге, которая предполагает общение за пределами культур.

По мнению писателя, в различных культурах, даже, казалось бы, далеких друг от друга, существует определенный ряд универсальных явлений, которые и создают условия для взаимной коммуникации. Осознание себя через другие культуры становится, в том числе, одним из методов построения художественных произведений писателя. Так, Визенор создает особый тип «транскультурного письма», сущностью которого является полилог языков и культурных кодов. Нужно отметить, что во многом на взгляды Визенора повлияли особенности его биографии: во-первых, его «смешанное» происхождение (Визенор родился в семье индейца оджибве (анишинабе) и американки шведского происхождения), во-вторых его служба в послевоенной Японии (знакомство с японской культурой и литературой оказало на него огромное влияние, он даже начал писать стихи в форме хайку).

Примером «транскультурного» подхода к проблеме взаимодействия различных этнических групп и является роман «Хиросима Буги: Атомный 57-й»: роман представляет собой текстовый диалог индейской и японской культур.

Действие романа происходит в Японии и Миннесоте, США. Герой романа Ронин Браун – наполовину индеец, наполовину японец, родившийся сразу после атомной трагедии в городе Хиросима. Матерью Ронина была японка Окиши, танцовщица буги, представительница коренной народности айну, а отцом – индеец из народности анишинабе, Орион Браун, который в последние годы войны работал переводчиком в Японии. После окончания войны отец Ронина, не знающий о существовании сына, возвращается в США, а мать вынуждена оставить ребенка в приюте. В 15 лет Ронина неожиданно усыновляет резервация «Белая земля» в США, однако с отцом он так и не успевает встретиться. Повзрослевший герой возвращается в Японию и посвящает свою жизнь акциям протеста против современного отношения японцев к проблеме атомной бомбардировки Японии.

Как пишет Сельма Ралевич, роман Визенора «представляет собой синтез устной повествовательной традиции и современного письма послевоенной Японии и резервации коренных американцев «Белая земля» [1, С.261]. Эта особенность объясняет особую композицию романа: главы, написанные от лица Ронина Брауна, чередуются с главами, содержащими комментарии друга отца Ронина, проживающего в резервации «Белая Земля», Миннесота. Главы, написанные от его лица, имеют одно и то же название «Маниду Энвой» и содержат различные комментарии, опровержения, пояснения для читателя, цитаты и пересказ событий, изложенных в чередующихся главах самим главным героем. На первых страницах романа повествователь, который так и останется безымянным, говорит:

«Ронин стал рассказчиком историй (“storier”), и он несколько раз отправлял мне по почте свои записи с неясными просьбами сопроводить их комментариями, необходимыми разъяснительными примечаниями, а также общими сведениями о его отце и всех остальных. Изначально истории были небрежно записаны на разрозненных клочках бумаги, а затем вручную переписаны в семь чертежных тетрадей» [2, С.194].

Роман, таким образом, представляет собой постмодернистский коллаж из устных историй Ронина, зачастую не связанных хронологически, и документальных свидетельств повествователя.

Сам автор определяет свое произведение как «роман-кабуки».

Кабуки – традиционный японский театр, построенный по принципу синтеза пения, музыки, танца и драмы.

На протяжении всего романа герой осуществляет различные ритуальные действия, характерные для японского кабуки.  Кабуки – страсть Ронина, огромное значение здесь играет язык жестов, грим и декорации, которые глубоко символичны.

Подобная театральность и ритуальность и является, по мнению писателя, одной их тех универсальных моделей, которые объединяют индейскую и японскую культуру. В индейской традиции ритуал также дает силу перевести человека из состояния отчужденности в состояние сплоченности и единения с другими. Стремление Ронина к коллективным действиям свидетельствует о его «транскультурной» принадлежности. Сам герой открыто заявляет о своей «множественной» идентичности: «Чем больше во мне частей, тем пронзительнее история. <…> Две половины во мне составляют мощное единство» [2, С.35].

«Хиросима Буги» — это исследование последствий атомных разрушений и того, как последующие поколения воспринимают и осмысливают эту трагедию. Наряду с этим роман является глубоким исследованием японской культуры, совмещающей традиционные черты и иностранные влияния. Основными темами романа является близость двух, казалось бы, несравнимых между собой культур, индейской и японской, вопросы национальной идентичности и более глобально – самоопределения и поиск человека своего места в мире.

Начиная с личности героев (например, матери главного героя, японки – танцовщицы американского буги) и заканчивая чисто индейской формой, в которой представлены записи-истории Ронина, Визенор методично подчеркивает свою идею транскультурализма, пересечения культур.

Ситуацию в Японии он соотносит с положением коренного населения Америки, неслучайно в романе постоянно возникают явные параллели двух племен – айны (коренное население Японских островов) и анишинабе (коренное население североамериканского континента).

Проводя параллель между индейской и японской культурами, Дж. Визенор подчеркивает мысль о схожести колониального опыта коренных американцев и японцев.

Герой с помощью своих акций протеста и историй несет в современную Японию идею «выживаемости». «Выживаемость» (в оригинале survivance) – авторский окказионализм Визенора, который построен на основе двух слов: «survival» и «endurance». «Survivance», по Визенору, — положение культур коренных народностей, которые в условиях колонизации могут сохранить свою идентичность только через сохранение своих устных традиций и обрядов. Так, в последней главе повествователь комментирует позицию Ронина:

«Японцы, как он мне смело заявил однажды, всегда подвергались иностранному влиянию, причем в самые критические моменты своей истории. Театр, искусство и литература были спасены посторонними. <…> Эта ирония судьбы и дала ему его особое видение и дух приключений. Временами он был абсолютно уверен, что с помощью ритуальных криков, встреч со священными духами ками, а также проделок и проказ он мог создавать истории о человеческом достоинстве и выживаемости. И это было куда важнее безжизненных традиций, поклонения императору и имитации мирного настроя» [2, С.203].

Таким образом, темы путешествия и поиска идентичности в романе не подразумевают романтического восприятия потери и обретения своих корней, а скорее истории Ронина представляют собой исследование генеалогии, феномена гибридности и взаимовлияния культур. Через транскультурный подход Визенор в своем романе проводит мысль о том, что, собственно, единственной возможностью осознать и сохранить свою идентичность для «малых» народностей (айну, анишинабе) является противостояние «симулякрам», навязываемым «доминантными» культурами (американской и японской).

Используемая литература:
  1. Raljević S. Communicating between Oral and Written in Gerald Vizenor’s Hiroshima Bugi: Atomu 57. – Komunikacija i kultura online: Godina II, broj 2, 2011. – Стр.259-266
  2. Vizenor G. Hiroshima Bugi: Atomu 57. – Lincoln: University of Nebraska, 2003. – 208 стр.

[1] Студентка Казанского федерального университета. Участница образовательной программы «Этнические исследования» университета штата Небраска (США).

[2] Вид американского социального танца, получивший распространение с 1940-х годов.

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *